Статьи
 

Асылбек Бисенбаев

ДРУГАЯ ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ

Онлайн-версия книги известного казахстанского историка, автора более 200 научных статей, кандидата исторических наук Асылбека Кнаровича Бисенбаева. Книга была выпущена в Алматы в 2003 году.

Глава VI. Особенности  взаимного притяжения народов

"Поистине, чужеземцы несчастны,
даже если они были эмирами в своей стране!"
(Книга тысяча и одной  ночи)

Существует феномен, который весьма характерен для региона и вызывает определенные трудности для исследователей.  Это - взаимное притяжение народов региона, так называемая комплиментарность. Более того, именно здесь происходит такой крупный водораздел как цивилизационное притяжение. Представители древних оседло-земледельческих народов и ассимилированные ими народы по многим параметрам отличаются от потомков недавних по историческим меркам кочевников.

Предшествующая многовековая история взаимоотношений между кочевыми и оседлыми народами накладывает определенный отпечаток на современный политический процесс. Хотя и здесь также не все так просто, как описывалось советскими историками в недавнем прошлом. Например, положение русского населения в регионе было особым, он оставался неинтегрируемым в систему отношений народом. Как пишет А. Празаускас "Поскольку двуязычие было и остается односторонним, а русские переселенцы, как правило, игнорировали языки коренных народов, не происходило размывания этнических границ и складывания промежуточных двух-культурных групп, которые связывали бы себя преимущественно с территорией, а не с этносом. Это практически закрыло один из главных путей становления гражданской нации, причем задолго до большевистских экспериментов в области национальной политики" [178].

Уже давно стал общим местом тезис о таджикском населении, которое в течение длительного времени записывалось в качестве узбекского. Как отмечает  Дж. Шоберлайн-Энгел "политические аналитики  часто называют Самарканд одной из этнических пороховых бочек Средней Азии. Они предполагают, что самаркандские таджики недовольны тем, что они оказались на территории Таджикистана после раздела земли в 1924 г. В самом Таджикистане некоторые пытались возродить идею "возврата" Самарканда, особенно до того, как в стране разразилась гражданская война. Однако за многие годы, в течение которых мне пришлось работать среди самаркандских таджиков, я почти никогда не слышал таких разговоров. Наоборот - очевидно, что абсолютное большинство таджиков Самарканда и области довольны своим положением в Узбекистане и даже принимают тот вид поверхностного узбекского самосознания, который я описал. Представление о том, что самобытность таджиков Самарканда угрожает стабильность Узбекистана, не подтверждено никакими фактами. Не исключается возможность того, что какой-нибудь демагог может попытаться поднять знамя воссоединения таджиков, однако это не будет поддержано населением Самарканда, которое вполне довольно своим положением" [179].

Создание Таджикской ССР было чисто формальным объединением оторванных друг от друга как таджикских так и не таджикских земель. В ее составе оказались северные районы (Ходжент, Ура-Тюбе, Пенджикент и др.) и Горный Бадахшан, входившие ранее в Туркестанское генерал-губернаторство, а также центральные и восточные районы (Душанбе, Куляб, Курган-Тюбе, Гарм и др.), ранее составлявшие, собственно говоря, Восточную Бухару. По уровню социально-экономического развития эти регионы были весьма трудно совместимы (так, на севере, еще при царизме окрепли товарно-денежные отношения, другие районы отличались чрезвычайно низким уровнем социально-экономического развития). Совершались ошибки и более принципиального характера. Ряд районов и даже города (Бухара, Самарканд и т.д.) с компактным таджикским населением оказались за пределами Таджикистана [180].

Объяснялся этот акт действиями самой таджикской элиты того периода. Об этом пишут С. Олимова и М. Олимов - "Таджиков, проживавших в бывшем Туркестанском крае (в том числе и в нынешней Ленинабадской области), пугала сама идея выделения из традиционной территориально-государственной общности и объединения с горцами Восточной Бухары. Руководство Туркестанской Автономной Советской Социалистической и Бухарской Республик состояло по преимуществу из таджиков, однако, получив директиву Центра о создании новой автономии, оно стремилось отдать Таджикской АССР лишь Восточную Бухару и столь же отсталые изолированные  районы Зеравшанской долины, оставив наиболее развитые Бухару, Самарканд, Ходжент, Денау, Термез в составе Узбекской ССР, которая таким образом становилась преемницей Кокандского ханства, туркестанского генерал-губернаторства и Бухарского эмирата. Над руководителями республики Файзулло Ходжаевым, А. Ходжибаевым, А. Мухитдиновым довлели стереотипы старой государственности, в соответствие с которыми вес в ней имели не столько язык и этнос, сколько территориальный экономический и цивилизационный факторы" [181].

В этом феномене проявлялось стремление сохранить не этническое, а цивилизационное единство. И не было ничего удивительного в том, что тюрко-таджикское притяжение оказалось сильнее, нежели стремление к созданию национального государства.

Тюрко-иранское двуязычие формировалось в данном регионе в течение многих веков и задолго до вторжения шейбанидов и стало обычным явлением в регионе. Гораздо важнее, чем различия в языке, оказались различия в способе ведения хозяйства, прежде всего между  оседлыми и земледельческими народами.

Ныне самаркандские, бухарские, ферганские и ходжентские таджики представляют собой единую субкультуру. Таджики-чагатаи, проживавшие в этих регионах представляют собой смешение множества групп  таджикских  и тюркских племен из различных районов междуречья Амударьи и Сырдарьи, а также Афганистана. Почти повсеместно таджики-чагатаи двуязычны - говорят по-таджикски и по-узбекски. Значительное влияние древней городской культуры, толерантность равнинных таджиков предопределили их открытость внешнему миру [182].

С другой  стороны тот же автор приводит случай, подтверждающий сохранение старых предпочтений потомками оседлых и кочевых народов.  Ферганские кыпчаки, исторически недавно осевшие кочевники, которые также считались исчезнувшей народностью, продолжают свое существование. "Они, как правило,  стараются избегать смешанных браков с другими народностями, причем многие предпочитают вступать в  брак с кыргызами или казахами, а не с узбеками, от которых, согласно официальной версии, они уже не отличаются. Как писал А.Н. Самойлович, многие кипчаки считали, что они ближе к кыргызам и казахам, несмотря на то, что им внушали, что они никто иные, как узбеки. Интересно, что в районах, где кипчаки и сарты живут вместе, самосознание последних также сохранено. Наверняка это связано с  тем, что, называя их сартами, кипчаки тем самым усиливают сартское самосознание, которое исчезает у сартов в других регионах" [183].

Вместе с тем нельзя полностью отрицать наличие определенных трений между узбекским и таджикским населением. Об этом также существует достаточно большой круг литературы. Но корни здесь иные, нежели считают большинство исследователей [184].

Для любого историка достаточно ясна причина  предпочтительности брачных симпатий кипчаков, которые являются потомками древних кочевников, обособляющих себя от сартов - потомков древних оседло-земледельческих культур центрально-азиатского региона.  Тем более, еще в недалеком 19 веке кипчаки-кочевники в период с 1844 по 1852 гг. были преобладающей силой в Кокандском ханстве. Кочевники Ферганы в течение почти сорока лет активно вмешивались в политическую жизнь и захватывали власть в Коканде. Занимая привилегированное положение в ханстве, кыпчакские роды установили для себя особую юрисдикцию и руководствовались племенными обычаями при решении государственных дел. Так,  согласно заключенному между кыпчаками договору, виновный в преступлении кыпчак должен был под угрозой конфискации имущества лишь покинуть город [185].

В народной памяти и народном творчестве отражены данные противоречия. Они достаточно многочисленны и составляют основу целого пласта предубеждений, которые проявляются в сегодняшних взаимоотношениях.

ПРИМЕЧАНИЯ

178 Празаускас А. Слагаемые государственного единства. - Pro et сontra. Т. 2., номер 2., 1997, С. 25.
179 Шоберлайн-Энегл Дж. Национальное самосознание узбеков. "Восток",  1997, номер 3. С. 61. 
180 Харюков Л.Н. Англо-русское соперничество в Центральной Азии и исмаилизм. М. Изд-во МГУ. 1995. С. 150.
181 Олимова С.К., М.А. Олимов. Таджикистан: путь перемен. "Восток", 1995, номер 1, С.135.
182 Ниязи А.Ш. Таджикистан: конфликт регионов. "Восток", 1997, номер 2, С. 96.
183 Шоберлайн-Энегл Дж. Национальное самосознание узбеков. "Восток",  1997, номер 3, С. 57-58.
184 См. например: Гиссу Джахангири-Жанно. К вопросу о формировании таджикского национального самосознания (1920-1930 гг.). "Восток", 1996, номер 2; Пьянков И.В. Некоторые вопросы этнической истории Древней Средней Азии. "Восток", 1995, номер 6; Олимова С.К., Олимов М.А. Таджикистан: пути перемен. "Восток", 1995, номер 1.
185 Бейсембиев Т.К. Ферганские номады в Кокандском ханстве и их историографы// Взаимодействие кочевых культур и древних цивилизаций. Алма-Ата, Наука, 1989., С.345-347.


 

1 сентября 2008      Опубликовал: admin      Просмотров: 4390      Комментарии

Другие статьи из этой рубрики

Либретто балета "Алып и пэри Ай-сулу"

Уважаемые читатели! В качестве эксперимента мы представляем вашему вниманию либретто к балету "Алып и пэри Ай-сулу", написанное одним из пользователей нашего сайта. Мы надеемся что художественное произведение немного разбавит наши сугубо исторические статьи и сследования.

Хаджи-Мурат Илиуф. Этимологическое исследование слов-интернационализмов тюркского происхождения

Взаимное общение представителей разных этносов, знакомство с новыми реалиями неизбежно приводят к обогащению лексического фонда их языков через заимствование новых слов. Некоторые предметы или понятия оказываются столь значительными, популярными либо становятся знакомыми по той или иной причине, что обозначающие их слова приобретают экспансивный характер. Они делаются широко распространенными за первоначальные пределы, т.е. известными у народов, территориально удаленных как друг от друга, так и от места обитания людей, в среде которых возникли такие лексемы. Подобные номинативные единицы языка в лингвистике принято называть словами-интернационализмами. В этом лексико-семантическом разряде определенное место занимают слова тюркского происхождения. К ним можно отнести географические названия (топонимы) и термины, историзмы, этнонимы, этнографизмы, экзотизмы, а также лексемы, давно усвоенные разными языками и утратившие свою "иностранность". Иными словами, последний класс заимствованных слов в сознании носителей того или иного языка, как правило, не имеет коннотацию, отображающую их иноязычное происхождение. Этимологические исследования единиц этой лексической группы позволяют в диахроническом аспекте осветить линии непосредственного и опосредствованного этнокультурного взаимовлияния. Критерием отбора предполагаемых тюркизмов, этимологический анализ которых осуществляется в данной статье, является их наличие в лексике отдельных народов Азии и Европы.

Г.Г. Пиков. О «кочевой цивилизации» и «кочевой империи». Статья вторая: «Кочевая империя»

В статье представлен анализ понятия "кочевая империя" и ряда ее признаков. Кроме того, автор делает попытку определить ее место не только в этнополитической, но и культурной истории Евразии. Кочевые империи рассматриваются как восточноазиатский феномен и признак наивысшего этапа развития кочевой цивилизации.

Добавить комментарий

Для того, чтобы добавить комментарий, всем зарегистрированным посетителям надо ввести свой логин и пароль. Кликните на ссылке "Авторизация" в самом верху страницы, и откроется форма для ввода логина и пароля. Если у вас еще нет логина, предлагаем вам зарегистрироваться на сайте. Процедура регистрации очень простая и быстрая. Буквально в течение минуты у вас появится возможность задавать вопросы, общаться с другими пользователями, комментировать статьи, в общем участвовать в жизни сайта. Добро пожаловать!
 
 
"Евразийский исторический сервер"
1999-2013 © Абдуманапов Рустам
Вопросы копирования материалов
библиотека | письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте | баннеры сайта